История » Постсоветский период историографии российского революционного терроризма

Постсоветский период историографии российского революционного терроризма
Страница 19

Подъем социального статуса государственных спецслужб в общественном сознании в конце 1990 - начале 2000-х годов отразился в публикации ряда трудов и даже целых издательских серий, посвященных истории охранного ведомства в России. Деятельность же охранки включала в себя проведение контртеррористических операций.

Признанным специалистом по изучению истории деятельности Департамента полиции является З.И. Перегудова. Правда, она в своих исследованиях сосредоточивала внимание не на борьбе охранки с террористами, а на структурных принципах и нормативах осуществления политического розыска. Впрочем, ряд ее ценных замечаний позволяет более детализировано посмотреть на контртеррористические операции Департамента полиции. В частности, З.И. Перегудова обращала внимание, что на борьбе с террористическими организациями, к которым относились партии эсеров, максималистов и анархо-коммунистов, специализировался 2-й отдел Департамента, тогда как социал-демократами и оппозиционными профсоюзами занимались соответственно 3-й и 4-й отделы. В общем, напугав правительство своими терактами, эсеры приняли на себя основной удар репрессий и в некотором роде смогли отвести его от социал-демократов, представлявшихся властям менее опасными.

В контексте современной практики проверки регистрации граждан, интересен описанный З.И. Перегудовой опыт деятельности учрежденных Департаментом полиции регистрационных бюро. Им вменялось в обязанности проверка жителей в местах «высочайшего проезда», установление личностей и выявление их благонадежности. В 1907 г. ежедневно проверялось от 6 до 12 тысяч паспортов. В ходе проверок обнаруживались не только подложные паспорта, но также оружие и взрывчатые вещества. Наблюдение велось буквально везде: на вокзалах, в буфетах, парикмахерских, туалетах. Сотрудникам регистрационных бюро предписывалось обращать внимание на встречи, переодевания, смену костюмов, читаемую литературу, мозоли на руках и т.п. Профессионализм работы регистрационных бюро был значительно выше, чем у аналогичных структур МВД Российской Федерации.

О необходимости изучения опыта борьбы с терроризмом в Российской Империи стали говорить и сотрудники российских правоохранительных служб. Такой призыв звучал, в частности, в выступлениях на совместном российско-американском семинаре, организованном РАН в сотрудничестве с Национальными академиями США, «Высокотехнологический терроризм». «В Содружестве Независимых Государств правоохранительные органы почти не используют опыт спецслужб Российской империи, который был наработан ими в борьбе с терроризмом до 1917 года», - констатировал в своем выступлении старший инспектор Антитеррористического центра СНГ Д.М. Алексеенко. Этот позитивный опыт антитеррористической деятельности докладчик аккумулировал в виде трех составляющих: 1) внедрение агентуры в революционные организации и вербовка в них провокаторов; 2) контроль основных информационных потоков посредством отлаженного механизма перлюстрации; 3) военно-полевые суды для гражданских лиц. Однако, не являясь, как правило, профессиональными историками, сотрудники правоохранительных ведомств, оперируя историческим материалом, зачастую допускают некоторые неточности или некорректные суждения. «Терроризм для многих казался простым и понятным, наиболее рациональным и даже гуманным средством, а террористическая революция - более демократичной и даже гуманной. В самом деле - или тысячи жертв массовой революции, или точно нанесенный удар по конкретным виновникам народным страданий». В действительности ни одна из политических партий не использовала террористическую тактику по гуманным соображениям. Теракты рассматривались не как антитеза, а как составной компонент «массовой революции». Весьма упрощенной представляется и следующая трактовка: «Применение взрывных устройств объективно приводило к гибли не только «приговоренных к смерти» революционерами, но и охранников, адъютантов, кучеров и случайных прохожих, что считалось тяжким грехом даже среди революционеров, веровавших в Бога. Это давало полиции как моральную, так и религиозную основу для вербовки и перевербовки богобоязненных революционеров». Но ни одного факта вербовки провокаторов на основании религиозной мотивации исторической науке не известно. Впрочем, такого рода погрешности лишь свидетельствуют о необходимости привлечения к теоретической разработке в правоохранительных ведомствах профессиональных историков.

Страницы: 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24

Крещение Руси. Значение крещения для культуры и быта населения
Политический же строй Древней Руси 9-10 вв. характеризовался как раннефеодальная монархия. Заметный шаг вперед в своем развитии сделало молодое русское государство в период княжения Владимира Святославовича. Положение Руси заметной упрочилось. Владимиру удалось создать мощную оборонительную систему, оградить Русь от набегов. При нем был ...

Изучение дел, выявление и отбор документов
Исходя из описи, исследователь отбирает и выписывает для пользования наиболее важные для темы дела. Ознакомление с первым и последним документами дела дают возможность выяснить повод для его начала и его завершения. После этого можно просмотреть все дело и выписать заголовок или суть конкретного источника. Просмотр описей начинается с ...

Основные направления и особенности развития России в XVII в.. Усиление абсолютистской тенденции при первых Романовых
После преодоления последствий Смуты началось ускорение социально-экономического и культурного развития страны как за счет использования традиционных форм, так и путем появления новых тенденций. Сохранился и даже усилился феодальный характер экономики, так как Соборное Уложение 1649 г. ввело бессрочный сыск беглых крестьян, навсегда отме ...