Histmania

На данное различие обращал внимание Р.А. Городницкий: «Была, действительно, особая психология боевика, отличная от склада массовика. Вся воля боевика должна быть крайне сосредоточенна, ибо любой его неверный шаг грозит не ссылкой и тюрьмой, а гибелью. И здесь никакая ошибка не прощается и не может быть исправлена. Подпольная работа не дает и морального удовлетворения - слежка за лицами, назначенными к истреблению, делает из человека филера, хотя бы и революционного филера, но не все же любой интеллигентный, пусть даже среднего развития, человек ощущает это дело как очень неприятное. Массовик всегда находится на людях, рядом с товарищами, его работа приносит ему отдачу - он сразу видит результаты от его агитации, от его влияния на рабочую массу. Реальность выдвинула правило, согласно которому хороший массовик всегда оказывался плохим боевиком, именно потому, что он был хороший массовик. Боевик понимал, что любая неосторожность приведет к провалу не только его, но и всех лиц, составлявших организацию. Все вещи он рассматривает под особым углом зрения, и выталкивать его в массовую работу - значит обезглавливать террор, устраняя из БО хорошего боевика и пополняя и так многочисленные ряды эсеровских агитаторов довольно средним массовиком. Конечно, психологическая разница между членами партии, когда работа одного построена на конспирации и сужении, а другого – на расширении и, следовательно, уничтожении конспирации, неустранима».

Ведущим мотивом индивидуального террора И.М. Пушкарева считала чувство мести. Большинство террористических актов не решало прагматических задач и являлось возмездием государственным карателям и провокаторам. М.А. Спиридонова, хотя и отрицала мотив мести, в 1905 г. говорила: «Террор - есть только ответ. Нет ни одного крестьянина, у которого спина не была бы в рубцах».

Генезис индивидуального террора в России М. Могильнер объяснял следствием распространения суицидальной патологии в революционном

подполье. Семиосфера подполья выдвигала в качестве нормативного типа человека экзальтированную фигуру. Нормой являлось то, что в обывательском мире понималось как отклонение от нормы. Комплекс революционной неполноценности должен был преследовать любого психически здорового человека, отождествляющего себя с подпольем. Логика данной се-миосферы приводила его либо к самоубийству, т. е. признанию собственного несоответствия его революционному идеалу, либо к убийству предполагаемого противника, т. е. возложению на себя маски героя. Политический террор эсеров являлся также вопросом танатологии. «Бог умер», а потому абсурд бытия толкал к желанию смерти. Эсеров, идущих на террористические предприятия, в большей степени интересовала не технология убийства жертвы, а собственное восхождение на эшафот.

Для подпольной семиосферы нормой являлось то, что в естественной культуре оценивалось в качестве аномалии. Поэтому демаргинализацион-ная реабилитация прежде всего предполагает апробацию механизмов аксиологической переориентации по принципу от противного. Характерно, что многие бывшие представители подпольной семиосферы не просто выходили из нее, но и переходили в ряды консерваторов. Представителей подполья выдавало не вполне нормальное поведение в быту, тогда как в рамках революционной семиосферы (например, на митингах) они вели себя совершенно адекватно. «Мир для меня не существовал», — признавалась террористка Мария Школьник. Никогда не принимавшая даже косвенного участия в революционной деятельности казанская дворянка Вера Жеб-ровская попала в психиатрическую лечебницу после того, как объявила родным и знакомым, что она революционерка, распространительница прокламаций Вера Бендавид. Больная идентифицировала себя с евреями потому, что, по ее объяснению, они «умные и добрые люди». И это показательно: если для «естественной культуры евреи являлись изгоями», в подпольной семиосфере их образ «нормативен».

Советский тыл в годы ВОВ (1941-1945 гг.)
Мобилизация усилий для обеспечения победы в Великой Отечественной войне велась и в области экономики, социальной политики, идеологии. Экономика. В экономической политике правительства страны выделяются два периода. Первый 22 июня 1941 конец 1942 г. перестройка экономики на военный лад в сложнейших условиях поражений Красной Армии и по ...

Вклад в развитие археографии и архивоведения
Михаил Николаевич Тихомиров оказался среди тех, кто вносил вслед за А.С. Лаппо-Данилевским, А.А. Шахматовым, С.Ф. Платоновым источниковедческое начало в предмет археографии, в архивное дело. Об этом немало написано (С.В. Чирковым и другими). Написано также и о его огромном вкладе в развитие археографии. Первым это сделал ещё при жизни у ...

Идейный раскол в обществе эмигрантов в годы Второй Мировой войны
К началу Второй мировой войны число российских эмигрантов в европейских странах значительно уменьшилось. Это объясняется многими причинами. Из-за не слишком благоприятных условий жизни эмигрантов срок их жизни заметно сократился, к началу 1940-х гг. уже многих не было в живых. Рождаемость среди русских людей за рубежом была достаточно н ...