Histmania

И к научной, и к общественной деятельности Сахаров вернулся в начале 1970 года, он активно участвовал во многих акциях правозащитного движения, познакомился со многими его деятелями. В начале мая того года состоялась и новая, весьма продолжительная, встреча с Солженицыным.

На этот раз предметом обсуждения стал новый большой меморандум Сахарова — письмо руководителям Советского Союза Л.И.Брежневу, А.Н.Косыгину и Н.В.Подгорному, посвященное проблемам демократизации советского общества. Солженицын, по свидетельству Сахарова, дал этому документу «гораздо более положительную и безоговорочную» оценку, чем «Размышлениям»; «он радовался, что я прочно встал на путь противостояния». Однако Солженицын решительно отказался от участия в кампаниях по защите людей, подвергшихся политическим репрессиям. «Я спросил его, — вспоминал Сахаров, — можно ли что-либо сделать, чтобы помочь Григоренко и Марченко. Солженицын отрезал: «Нет! Эти люди пошли на таран, они избрали свою судьбу сами, спасти их невозможно. Любая попытка может принести вред и им и другим». Меня охватило холодом от этой позиции, так противоречащей непосредственному чувству»4.

Тем не менее уже в июне 1970 года и Сахаров, и Солженицын независимо друг от друга публично и решительно выступили с протестом против принудительной психиатрической госпитализации Жореса Медведева, с которым оба они были знакомы еще с осени 1964 года. Это была короткая, но весьма интенсивная и успешная общественная кампания.

Осенью 1970 года Солженицыну была присуждена Нобелевская премия по литературе — четвертая для русской литературы после Ивана Бунина, Бориса Пастернака и Михаила Шолохова. Солженицын был воодушевлен, но одновременно и крайне обеспокоен масштабами поднятой против него газетной и политической кампании, крайне осложнявшей его жизнь и повседневные контакты. Он решил отказаться от поездки в Стокгольм на церемонию вручения премии и некоторое время не знал, как себя вести и что делать. Его известность в мире росла, но сам Солженицын впоследствии назвал 1971 год «проходом полосы затмения, затмения решимости и действия»5. Он отказался подписать составленное Сахаровым письмо в Президиум Верховного Совета СССР об отмене в нашей стране смертной казни, заявив, что участие в такого рода коллективных акциях будет мешать выполнению тех задач, за которые он чувствует на себе ответственность. После этого Сахаров и Солженицын не встречались и не беседовали друг с другом более года.

Отношения Твери и Москвы при Борисе Александровиче (1425-1461 гг.) и его потомках
Борис Александрович, средний из троих сыновей Александра Ивановича, великого князя тверского, начинает упоминаться в летописях с 1426 г. В этом году, по смерти старшего брата своего Юрия, он занял великокняжеский тверской стол, причем племяннику своему, Ивану Юрьевичу, дал Зубцов. Из летописей не видно, добровольно или не без борьбы пле ...

Упадок Ганзейского союза
Несмотря на все свои коммерческие и ратные успехи, Ганза, консервативная до мозга костей, сама себе постепенно создавала трудности. Ее правила требовали, чтобы наследство делилось между многочисленными детьми, а это препятствовало накоплению капитала в одних руках, без чего "дело" не могло расширяться. Постоянно не подпуская к ...

Клермонский собор. Призыв к крестовому походу.
В ноябре 1095 г. Римский папа Урбан II перешел через Альпы, чтобы созвать церковный собор во французском городе Клермоне. Однако самому собору предшествовало несколько важных событий. Папа посетил многие клюнийские аббатства на юге Франции. Клюнийцы, обладающие опытом проповеди священных войн и паломничеств, могли предоставить Урбану I ...