Histmania

К Ивану III нельзя подходить с мерками “удельного периода”, когда князья выходили в бой со своим “двором” и дружинами “подручных князей”, только своим авторитетом обеспечивая единство действий и руководство боем. На рубеже ХVI и ХVI столетий происходило то, что известный военный историк А. Н. Кирпичников называет крутой ломкой традиционной системы вооружения и тактики боя. Сущность этой ломки заключалась в переходе от феодальных ополчений к общерусской армии.

Основу армии теперь составляли “государевы служилые люди”, дворянская поместная конница, объединенная в полки под командованием великокняжеских воевод. Все назначения тщательно фиксировались в разрядных книгах, там же указывались цели похода. Дворянская конница имела хорошее защитное вооружение (“дощатые брони”), удобные для рукопашного боя сабли, даже легкое огнестрельное оружие – “ручницы”.

Появились новые для средневековья военные формирования – отряды “огненных стрельцов”, или “пищальников”, и “наряд” (артиллерия). “Пищальники” набирались из горожан и тоже ставились под командование великокняжеских воевод. Пехоты, вооруженной ручным огнестрельным оружием, было уже достаточно. Например, Новгород и Псков обязаны были выставлять по приказу великого князя по одной тысяче “пищальников”. Из сельского населения в пехоту набиралась “посошная рать”.

Была разработана четкая система сбора ратных людей. Неизмеримо усложнилась вся военная организация. В этих условиях непосредственное ведение военных действий возлагалось на великокняжеских воевод, которые практически воплощали стратегические и тактические планы, разработанные великим князем Иваном III и его военными советниками.

“Большим воеводам” перед походом вручался “наказ”, подробная инструкция, где поименно перечислялись полковые воеводы, указывалось, где и как поставить полки, как организовать их взаимодействие, как поступить в той или иной конкретной ситуации. Вот, например, какой “наказ” был дан “угорским воеводам” (то есть воеводам, посланным с полками оборонять “берег” пограничной реки Угры от ордынцев): “ . Пищальников и посошных людей князю Михаилу Ивановичу Булгакову и конюшему Ивану Андреевичу разделить по полкам, сколько где пригоже быть на берегу. А воевод им расставить по берегу, вверх по Угре и вниз по Угре, и до устья, по всем местам, где пригоже. А будет коли пригоже, посмотря по делу, отделив им воевод с людьми от себя, послать за Угру, и им тогда велеть итти за Угру – князю Ивану Михайловичу Воротынскому да окольничему Петру Яковлеву, да князю Федору Пронскому, да князю Андрею Курбскому, да Алешке Кашину и иным, которым пригоже, а людей с ними послать из всех полков, сколько пригоже. А посмотря по делу, будет им пригоже всем итти за Угру с людьми, и им оставить тогда на Угре князя Тимофея Тростенского да князя Андрея Оболенского, да князя Семена Романовича Мезецкого, а людей им оставить детей боярских не по многу, и пищальников, и посошных людей .”[9]

Казалось бы, в “наказе” все четко расписано и предусмотрено, но его составители отнюдь не сковывали самостоятельности и инициативы воевод, наоборот, непрерывно подчеркивали, что полки следует ставить “где пригоже”, поступать “посмотря по делу”. Полное доверие к воеводам, поощрение самостоятельных, активных действий в рамках общего плана обороны!

Конечно, это не случайно. Русская армия эпохи образования Российского государства, национальная по составу (в армиях западноевропейских государств преобладали тогда наемники-иностранцы), решавшая глубоко национальные задачи по обороне Отечества от внешних врагов и по возвращению ранее захваченных соседями русских земель, выдвинула немало способных полководцев, в верности и военных способностях которых “государь всея Руси” мог быть уверен. Это делало необязательным личное присутствие Ивана III на театре военных действий. И естественно, что он выступает в первую очередь как военный руководитель огромной страны, передоверяя своим воеводам проведение отдельных операций или даже целой военной кампании. Как верховный командующий, Иван III должен был охватывать своим руководством всю страну, и часто это было удобнее делать из столицы, чем из какого-нибудь пограничного города. К тому же в связи с выходом Российского государства на мировую арену увеличилось значение дипломатической подготовки войны. Создание выгодной внешнеполитической ситуации требовало постоянных забот со стороны правителя государства, и это было порой важнее, чем непосредственное участие в военных действиях. Заботой великого князя являлось также то, что военные историки называют политическим обеспечением войны. Не следует забывать, что централизация еще только началась, в стране сохранялись остатки феодальной раздробленности, внутреннее сплочение было решающим условием победы над внешними врагами. А это внутреннее сплочение должен был обеспечить “государь всея Руси”, и бывали моменты, когда чисто военные дела как бы отодвигались на второй план.

Военные действия
В Европе сложилось два фронта - Западный (во Франции и Бельгии) и восточный (против России). Русский фронт делился на Северо-Западный (Восточная Пруссия, Прибалтика, Польша) и Юго-Западный (Западная Украина, Закарпатье по границе России с Австро-Венгрией) см. рис.1 Рис.1 Германия планировала молниеносным ударом разгромить Францию, а ...

Контрнаступление “Уран”.
В середине ноября 1942 года оборонительными сражениями в районе Сталинграда и Северного Кавказа заканчивается первый период Великой Отечественной Войны. Он был самым тяжелым для нашего народа и вооруженных сил. Для Германии – закончился провалом плана молниеносной войны и значительным истощением сил и средств. После тяжелых сражений на ...

«Белое» движение
Неоднородно по своему составу: русские офицеры, старая бюрократия, монархические партии и группы, либеральные партии-кадеты, октябристы, ряд левых политических течений, колебавшихся между «белыми» и «красными», рабочие и крестьяне, недовольные продразверсткой, установлением диктатуры и подавлением демократии. Программа белого движения: ...