Histmania

Завершить анализ различных определений исторических источников мне кажется логичным разбором взглядов одного из корифеев отечественного источниковедения – А.С. Лаппо-Данилевского (ради этой цели я даже несколько отступила от хронологического принципа, которому неизменно следовала в ходе моих предыдущих рассуждений). Изучению проблемы определения исторического источника этот ученый посвящает целый раздел в основном своем труде по источниковедению – «Методологии исторического знания». Если представить ход мыслей А.С. Лаппо-Данилевского схематично, то можно заметить, что ученый размышляет по принципу дедукции – от общего к частному. То есть в начале раздела он дает самое общее определение исторического источника как «всякого данного нашего чувственного восприятия», затем накладывает на него ряд ограничений:

· научно-эмпирическое – должен быть реальным познаваемым объектом;

· по цели – должен изучаться не ради него самого, а быть пригодным для познания другого объекта;

· по целостности (по мнению А.С. Лаппо-Данилевского, исторический источник это всегда теологическое целое);

· по создателю – исторический источник обязательно должен быть «произведением человека» а не природы[6], то есть содержать в себе следы работы намеренной человеческой мысли, быть продуктом человеческой психики [3].

Последний пункт – ключевой у А.С. Лаппо-Данилевского, и именно учет психологических факторов отличает работы этого ученого от трудов его коллег, делает его выводы уникальными и новаторскими[7].

Завершает раздел А.С. Лаппо-Данилевский выводом собственного определения исторического источника. Оно, как это ни парадоксально, достаточно коротко: «исторический источник – это реализованный продукт человеческой психики, пригодный для изучения фактов с историческим значением», – а потому легко для понимания и запоминания. И в то же время именно оно (курсив мой – И.М.) наилучшим, на мой взгляд, образом отражает сущность понятия «исторический источник», так как трактует его достаточно широко (ученый, в отличие, например, от В.О. Ключевского, не ограничивает историка выбором только между письменными и вещественными источниками), и в то же время задает вполне конкретные рамки, позволяющие отличать исторические источники от любых других (А.С. Лаппо-Данилевский вводит в круг исторических источников только (курсив мой – И.М.) «продукты человеческой психики»).

Церковь и крестьянство во время Отечественной войны
Стойкость и терпение, проявление крестьянством в годы войны, не в последнюю очередь объясняются влиянием Русской православной церкви и религии. Несмотря на годы «воинствующего атеизма», варварского разрушения церквей и храмов, преследования священнослужителей, корни глубокой религиозности русского и других народов, населявших нашу стран ...

Крестьянская война под руководством Е. Пугачева: причины и последствия
Последовательное усиление крепостничества вызвало обострение классовой борьбы. Высшим ее выражением стала крестьянская война под предводительством Емельяна Пугачева (1773-1775 года). Причины войны: дальнейшее закрепощение крестьян; лишение казаков прежних вольностей; ухудшение положения горнозаводских рабочих Урала, народов Поволжья ...

Реформа сословного устройства русского общества
Как и во времена предшественников, социальная политика в эпоху Петра Первого была направлена, главным образом, на усиление роли, места и значения дворянства в стране. В 1714 г. был издан «Указ о единонаследии». Указ слил два феодальных сословия в единый класс – дворянство. Указ предписывал передавать вотчины и поместья старшему сыну, ос ...