Введение
Вне зависимости от того, что изучает историк: «преданья старины глубокой» [7, С. 654] или окружающую его действительность, чтобы работать, ему необходимо обладать информацией по исследуемой теме. Следовательно, историк должен её как-то получить. Общеизвестно, что именно исторические источники – «основа любого исторического исследования» [9, С. 73]. Вопросу о том, что из себя в принципе представляет исторический источник, я посвящаю отдельный параграф данного эссе, а пока можно взять за аксиому одно из самых распространенных его определений, данное Л.Н. Пушкаревым: «исторический источник – это все непосредственно отражающее исторический процесс, все, созданное человеческим обществом» [11, Т. 6. С. 591]. Такое определение дает представление о том, насколько широк может быть спектр исторических источников. Чтобы логически осмыслить все это многообразие, исторические источники необходимо классифицировать (то есть группировать в соответствии с их общими признаками). Вопрос в том, какой общий признак взять за основу деления и как удержаться на тонкой грани между чрезмерным обобщением и необоснованной детализацией при составлении подобной классификации. По-своему на него отвечали практически все крупные российские историки, начиная с В.Н. Татищева, каждый составляя свою собственную классификацию исторических источников[1]. В данном эссе я попытаюсь проанализировать некоторые из этих вариантов, а также по-своему ответить на вопрос: кому же из историков, составлявших классификации исторических источников, удалось создать вариант наиболее полный[2] и в то же время удобный в практическом применении?
В заключение мне кажется необходимым отметить, что в ходе написания данного эссе я сознательно пошла на использование большого числа цитат. Такой подход мне представляется в данном случае оправданным, так как он логично вытекает из самой темы эссе: невозможно рассуждать о различных вариантах классификаций исторических источников без опоры на обширный фактический материал.
Петровские реформы во временной перспективе. Современные
аспекты реформ
Реформы в России предпринимались неоднократно, но все попытки не увенчались успехом. Главная причина этого состоит в том, что периодически возникавшее у власти стремление к переменам сосредоточивалось не на изменении общества, а на реформировании государства. Интересы человека игнорировались всеми реформами без исключения.
Правила рефо ...
Суды по государственным преступлениям в 1717–1729 гг.
Окончательно установившийся к 1696 г. круг ведения Преображенского приказа почти не менялся затем на протяжении последующей четверти века. Как явствует из доныне не вводившегося в научный оборот доношения Преображенского приказа Сенату от 18 сентября 1717 г., в год начала судебной реформы в компетенцию приказа как органа правосудия вход ...
Постсоветский период историографии российского революционного терроризма
Конец XX столетия, как и его начало, ознаменовался волной террористических актов. Историческая наука не могла не отреагировать на этот вызов.
Первоначально большое влияние на развитие историографии российского революционного терроризма оказывали тенденции политической декоммунизации. С позиций теории правого государства критиковал прак ...